Москва, г. Москва и Московская область, Россия
В статье рассматриваются земельные отношения и структура аграрного землепользования как совокупность экономических и институциональных условий использования земель сельскохозяйственного назначения. Показано, что параметры аграрного землепользования формируются под воздействием форм собственности, прав пользования, арендных механизмов, распространения земельных долей, доступности земель фонда перераспределения и качества публичного управления земельными ресурсами. Установлено, что изменение площади земель сельскохозяйственного назначения не отражает напрямую динамику производственного потенциала аграрного сектора, поскольку связано с трансформацией правового режима земель, переводом участков между категориями и уточнением данных государственного учета. Обоснована необходимость оценки эффективности землепользования с учетом структуры земельных ресурсов. Такой подход предполагает разделение сельскохозяйственных угодий и земель, занятых инфраструктурой, лесными насаждениями и водными объектами. Производственные показатели целесообразно сопоставлять не с общей площадью земель, а с площадью пашни, сельхозугодий или земель, фактически используемых в производстве. Это позволяет более точно оценить результаты. Рассмотрен фонд перераспределения земель как резерв расширения хозяйственного оборота. Определено, что его площадь не характеризует пригодность участков к немедленному освоению без учета качества почв, степени зарастания, эрозионных процессов, транспортной доступности и затрат на восстановление плодородия. Выявлена значимость публичной собственности, земельных долей и арендных отношений для формирования земельной базы сельскохозяйственных организаций и фермерских хозяйств.
земельные отношения, аграрное землепользование, сельскохозяйственные угодья, земли сельскохозяйственного назначения, земельные доли, фонд перераспределения земель, крестьянские (фермерские) хозяйства, рациональное землепользование, государственное регулирование земельных отношений
Анализ земельных отношений требует учитывать, что сельскохозяйственные земли выполняют несколько функций. Они являются основой размещения аграрного производства. Одновременно земля выступает объектом собственности и находится под управлением государства и муниципалитетов. Ее использование определяется не только качеством почв и составом угодий. Существенное значение имеют формы собственности и условия предоставления участков. Важна устойчивость прав пользования [3; 4].
На практике большую роль играют арендные отношения и срок их действия. Отдельное значение имеет разграничение государственной и муниципальной собственности, так как от этого зависит доступ к земельным ресурсам. Не менее важна возможность объединения участков в крупные массивы. Это влияет на организацию производства и на эффективность использования земли [1; 2].
По состоянию на 1 января 2025 г. площадь земель сельхозназначения составляла 374 129,1 тыс. га. За 2024 г. она уменьшилась на 838,4 тыс. га.
Основная причина изменения была связана с переводом части лесных земель в категорию земель лесного фонда. Изменение площади сельскохозяйственных земель не всегда связано с сокращением производственного потенциала аграрного сектора. Оно может быть обусловлено уточнением правового режима земель, проведением кадастровых работ, прекращением ранее возникших прав пользования и приведением сведений государственного учета в соответствие с фактическим состоянием территории [4; 6].
Рис. 1. Динамика площади земель сельскохозяйственного назначения в 2020-2025 гг., млн га
Источник: составлено авторами
Оценка аграрного землепользования должна учитывать не только площадь земель в соответствующей категории, но и правовые основания их использования. Земельные участки могут сохранять признаки сельскохозяйственного использования, однако быть включенными в иную категорию в результате решений органов публичной власти. Поэтому динамика земель сельскохозяйственного назначения должна анализироваться совместно с данными о переводе земель, изменении границ населенных пунктов, развитии инфраструктуры, разграничении публичной собственности и состоянии государственного кадастрового учета [6].
Структура земель сельскохозяйственного назначения подтверждает, что она не сводится только к пашне и иным сельскохозяйственным угодьям. В ее составе сельскохозяйственные угодья занимают 200 548,6 тыс. га, или 53,6 % площади категории.
Площадь пашни составляет 118 724,2 тыс. га, залежи – 4 387,4 тыс. га, многолетних насаждений – 1 276,0 тыс. га, сенокосов – 18 825,7 тыс. га, пастбищ – 57 335,3 тыс. га. (рис. 2).
Рис. 2. Структура сельхозугодий на 1 января 2025 г., % [9]
В составе земель сельхозназначения учитываются не только сельскохозяйственные угодья. К ним относятся лесные площади, участки под лесными насаждениями, дороги, застройка, водные объекты и другие элементы. Эти земли не всегда участвуют в производстве напрямую, но обеспечивают его функционирование.
Оценка эффективности использования земель не должна ограничиваться расчетом показателей на один гектар всей категории сельскохозяйственных земель. Такой подход искажает оценку использования земель. Более корректно сопоставлять производственные показатели с площадью пашни, сельскохозяйственных угодий или земель, фактически вовлеченных в производство. Это дает более точное представление о результатах.
Такой подход позволяет отделить производственные земли от территорий, выполняющих вспомогательные функции. В результате разграничиваются сельхозугодья и земли, занятые инфраструктурой, лесными массивами, водными объектами и другими несельскохозяйственными элементами [3; 4].
Фонд перераспределения земель входит в институциональную структуру аграрного землепользования. Земельные участки, не предоставленные заинтересованным лицам для сельскохозяйственного производства, но предназначенные для нужд сельского хозяйства, включаются в этот фонд. Фонд используется для создания и расширения крестьянских (фермерских) хозяйств, ведения личного подсобного хозяйства, развития животноводства, сенокошения, выпаса скота, садоводства и огородничества.
В 2024 г. площадь земель фонда перераспределения составляла 38 926,4 тыс. га, что на 285,3 тыс. га меньше уровня 2023 г. При этом площадь сельскохозяйственных угодий в его составе увеличилась на 18,5 тыс. га и достигла 10 398,2 тыс. га. Площадь пашни в составе фонда сократилась на 8,7 тыс. га и составила 3 016,9 тыс. га. Фонд используется для перераспределения не представляет собой однородный массив земель, полностью готовых к немедленному освоению.
Фонд перераспределения – резерв расширения хозяйственного оборота. Фонд обеспечивает предоставление свободных участков новым и действующим товаропроизводителям. Доступ к этим землям расширяет производственные площади и способствует укрупнению земельных массивов фермерских хозяйств и индивидуальных предпринимателей. Это создает устойчивую основу для ведения хозяйственной деятельности.
Для животноводческих хозяйств важны пастбища и сенокосы. Они формируют и расширяют кормовую базу. От них зависит развитие животноводства
Площадь земель фонда перераспределения не позволяет оценить реальный масштаб потенциального вовлечения земель в хозяйственный оборот. Целесообразность освоения определяется качеством почв, степенью зарастания, наличием эрозионных процессов, транспортной доступностью, возможностью подключения к инфраструктуре, уровнем затрат на мелиорацию и восстановление плодородия. Показатели фонда перераспределения целесообразно дополнять сведениями об агрохимическом состоянии почв, наличии подъездных дорог, удаленности от перерабатывающих предприятий и производственной специализации соответствующей территории.
Распределение земель определяет структуру аграрного землепользования. На 1 января 2025 г. 243 902,1 тыс. га или 65,2 % общей площади земель сельхозназначения приходилась на государственную и муниципальную собственность (рис. 3).
Рис. 3. Структура форм собственности земель сельхозназначения
на 1 января 2025 гг, %
Источник: составлено авторами
Гражданам принадлежало 104 833,3 тыс. га, или 28,0 %.
Юридическим лицам принадлежало 25 393,7 тыс. га или 6,8 %. Структура характеризуется преобладанием публичной собственности при сохранении роли частного сектора.
Преобладание государственной и муниципальной собственности позволяет публичным органам регулировать доступ сельскохозяйственных товаропроизводителей к земле. Государство, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования участвуют в предоставлении земельных участков, определении условий их использования, контроле за соблюдением земельного законодательства и вовлечении неиспользуемых земель в хозяйственный оборот. Качество публичного управления непосредственно связано с инвестиционной привлекательностью сельскохозяйственных территорий и возможностью реализации долгосрочных проектов в растениеводстве и животноводстве.
Частная собственность также имеет экономическое значение. В составе земель сельскохозяйственного назначения, принадлежащих гражданам, 71 896,5 тыс. га, или 68,6 %, приходилось на земельные доли. Земельные доли закрепляют имущественные права граждан и позволяют получать арендный доход. Множественность собственников способна усложнять консолидацию земельных массивов, оформление договоров аренды, выдел участков в счет долей и принятие инвестиционных решений.
В 2024 г. 75 549,1 тыс. га земель находилось в частной собственности, 53 411,3 тыс. га в общедолевой собственности. Основную часть составляли земельные доли граждан – 92 %.
Организации использовали 323 370,6 тыс. га земель государственной и муниципальной собственности.
Аграрное производство использует частные и публичные земельные ресурсы.
Устойчивость прав на землю является условием долгосрочного землепользования. Сельскохозяйственный товаропроизводитель, который располагает земельным участком на основе устойчивого права собственности или долгосрочной аренды, в большей степени заинтересован в проведении мелиорации, восстановлении плодородия, внесении удобрений, агрохимическом обследовании, противоэрозионных мероприятиях и внедрении почвосберегающих технологий. Краткосрочный характер аренды или высокая фрагментация земельных участков могут снижать готовность хозяйств к вложениям с длительным сроком окупаемости.
На 1 января 2025 г. в России 306,8 тыс. крестьянских (фермерских) хозяйств и индивидуальных предпринимателей, использовавших более 31 922,4 тыс. га земельных участков (рис. 4). В структуре земель фермерских хозяйств доля собственных земель составляла 26,0 %, доля арендуемых земель государственной и муниципальной собственности – 37,3 %. Земли иных организаций и граждан занимали 25,9 % используемой площади, причем более 85,2 % этой части приходилось на земельные доли [9;10].
Рис. 4. Структура земель КФХ по источникам землепользования, %
Источник: составлено авторами
Фермерский сектор зависит от доступности аренды и устойчивых договоров с собственниками земельных долей. Для индивидуальных предпринимателей значима аренда публичных земель. Совершенствование земельных отношений в фермерском секторе предполагает снижение транзакционных издержек при заключении договоров, повышение прозрачности сведений о земельных участках, защиту прав арендаторов и собственников, а также формирование условий для консолидации земель в технологически целостные массивы.
Аграрное землепользование регионально неоднородно. Внутри них различаются природно-климатические условия, обеспеченность влагой, структура угодий, уровень развития мелиорации, производственная специализация и плотность сельскохозяйственной инфраструктуры [8].
В одних регионах преобладают зерновое и масличное производство. В других территориях преобладают пастбищное животноводство, кормопроизводство, овощеводство, садоводство или северное оленеводство. Показатели площади сельскохозяйственных земель необходимо сопоставлять с данными о структуре посевов, урожайности, валовом сборе, инвестициях, мелиорации и состоянии почв Такой подход позволяет оценить экономическую и экологическую отдачу земельного потенциала.
При оценке вовлечения земель в хозяйственный оборот необходимо разграничивать сведения о фонде перераспределения, данные о неиспользуемых участках и показатели земельного надзора.
В 2024 г. Россельхознадзором выявлены нарушения на 55,7 тыс. земельных участках сельскохозяйственного назначения площадью 2,3 млн га. На площади 2,2 млн га нарушения были связаны с зарастанием земель сорной, древесной и кустарниковой растительностью, а также с неиспользованием для ведения сельского хозяйства.
Данные отражают выявленные нарушения землепользования, но не характеризуют площадь деградированных земель в России. Для оценки деградации требуется система показателей. Она учитывает водную и ветровую эрозию, засоление, переувлажнение, опустынивание, загрязнение и нарушение почвенного покрова. Эти процессы приводят к ухудшению состояния земель.
Анализ включает оценку экологических рисков аграрного землепользования. В 2024 г. размер вреда почвам земель сельхозназначения составил 11,1 млрд руб. на площади 368,4 га.
Основные нарушения были связаны с загрязнением земель отходами и навозом, размещением несанкционированных карьеров, перекрытием почв при строительстве дорог и разливами нефтепродуктов. Правовой режим сельскохозяйственных земель должен обеспечивать не только их производственное использование, но и сохранение качественного состояния почв.
Земельные отношения определяют условия использования земель сельскохозяйственного назначения. На аграрное землепользование влияют формы собственности, права пользования, аренда, земельные доли, доступность земель фонда перераспределения и качество публичного управления. Эти факторы влияют на сельскохозяйственное производство, сохранение плодородия почв и формирование устойчивых земельных массивов
Изменение площади земель сельскохозяйственного назначения нельзя оценивать только как сокращение или рост земельного потенциала аграрного сектора. Динамика может быть связана с изменением правового режима земель, переводом участков в другие категории, уточнением сведений государственного учета и фактическим характером использования территории. Оценка земельных ресурсов должна учитывать площадь земель и основания изменения их правового статуса.
Земли сельхозназначения включают не только угодья. Земли сельскохозяйственного назначения не ограничиваются сельскохозяйственными угодьями. В их состав входят инфраструктура, лесные насаждения, водные объекты и другие элементы, обеспечивающие функционирование производства. Эти территории выполняют вспомогательные функции и не всегда непосредственно участвуют в производственном процессе.
Поэтому показатели урожайности, выручки, затрат и рентабельности следует соотносить не с общей площадью земель, а с площадью пашни, сельскохозяйственных угодий или земель, фактически используемых в производстве. Такой подход позволяет более точно оценить результаты.
Фонд перераспределения земель представляет собой резерв расширения хозяйственного оборота. При этом его площадь не совпадает с площадью земель, готовых к немедленному освоению. Возможность их вовлечения зависит от качества почв, степени зарастания, наличия эрозии, транспортной доступности, инфраструктуры и затрат на мелиорацию и восстановление плодородия. При предоставлении участков необходимо учитывать их хозяйственную пригодность, а не только количественные параметры.
Преобладание государственной и муниципальной собственности усиливают публичное управления. От условий предоставления земель, прозрачности информации о правах на участки и устойчивости арендных отношений зависит возможность реализации долгосрочных проектов в растениеводстве и животноводстве.
Фермерские хозяйства и индивидуальные предприниматели используют собственные и арендуемые земли. В их состав входят участки государственной и муниципальной собственности, а также земельные доли граждан. Аренда играет ключевую роль в формировании земельной базы фермерского сектора.
Снижение транзакционных издержек, прозрачность прав на землю и объединение участков могут укрепить устойчивость фермерского землепользования. Региональные различия природно-климатических условий, структуры угодий, водообеспеченности, уровня мелиорации, специализации и инфраструктуры не позволяют применять единые меры земельной политики ко всем субъектам РФ.
Регулирование землепользования должно учитывать отраслевую специализацию территорий, состояние почв и ресурсные ограничения конкретных регионов [5;7].
Результаты исследования могут использоваться при разработке государственной и региональной земельной политики. Приоритетны вовлечение земель в оборот с учетом их состояния, развитие прозрачной аренды, снижение фрагментации земельных массивов, регулирование использования земельных долей, сохранение плодородия почв и учет региональной специализации сельского хозяйства.
1. Гагарина, М. В. Институциональная модель структурной трансформации агропромышленного комплекса в условиях технологической модернизации / М. В. Гагарина // Инновации и инвестиции. – 2026. – № 3. – С. 343-345.
2. Гагарина, М. В. Институциональные механизмы государственного регулирования агропромышленного комплекса в системе структурных преобразований и повышения отраслевой результативности / М. В. Гагарина // Экономика и предпринимательство. – 2026. – № 2(187). – С. 303-311.
3. Жуйков, В. И. Научные основы формирования экономической составляющей системы сельскохозяйственного землепользования / В. И. Жуйков, М. В. Шипунова // Прогрессивная экономика. – 2026. – № 4. – С. 113-130.
4. Жуйков, В. И. Национальные приоритеты в сфере земельных отношений и их формы проявления в современной экономической системе России / В. И. Жуйков, З. А. Иванова // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2025. – Т. 9, № 2(155). – С. 11-18.
5. Мороз, О. Н. Агропромышленная интеграция и кооперация России / О. Н. Мороз, А. М. Волкова, С. А. Завьялова // Вестник Сибирского университета потребительской кооперации. – 2024. – № 2(48). – С. 16-28.
6. Романов, А. Н. Аграрно-правовое регулирование земельных отношений в сельских территориях / А. Н. Романов // Экономика, труд, управление в сельском хозяйстве. – 2024. – № 6(112). – С. 160-168.
7. Труба, А. С. Имущественные отношения в системе межотраслевого взаимодействия в АПК / А. С. Труба // Russian Journal of Management. – 2025. – Т. 13, № 6. – С. 1-9.
8. Труба, А. С. Оценка состояния и перспективы развития агропромышленного комплекса Оренбургской области / А. С. Труба // Russian Journal of Management. – 2024. – Т. 12, № 2. – С. 554-565.
9. Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии : официальный сайт. – URL: https://rosreestr.gov.ru/ (дата обращения: 01.06.2026).
10. Федеральная служба государственной статистики : официальный сайт. – URL: https://rosstat.gov.ru/ (дата обращения: 01.06.2026).
